Федор  Васильев — художник трагической судьбы

Федор Васильев картины

Жизнь превосходного пейзажиста Ф. А. Васильева можно сравнить со вспышкой света. За свои двадцать три года он смог преобразить русский пейзаж, создав особый «лик» русской природы, который стал своеобразным национальным символом. В его гениальности никто никогда не сомневался.  Она созвучна такой важной категории как «простота». Может быть поэтому его творчество проникает в душу каждого из нас.

Биография Ф. А. Васильева

Художник Федор ВасильевФедор Александрович Васильев родился в 1850 году в Гатчине (бывшей резиденции императора Павла I (1754-1801)) под Петербургом в семье бедного чиновника Александра Васильевича Васильева. Вскоре после рождения сына Федора семья переезжает в Петербург.

Переезд только ухудшил ее материальное положение: большую часть заработка отец пропивал и проигрывал в карты. В 12 лет Федор устроился работать на почту. Заработанные деньги он ежемесячно отдавал матери на ведение хозяйства. Рисовать мальчик мог только вечерами или по выходным. После смерти отца Федор (ему в ту пору было пятнадцать) становится единственным кормильцем для матери, сестры и двух младших братьев.

С юных лет забота о других вошла в привычку и сформировала целеустремленность в характере Васильева. Решив стать художником, он поступал последовательно и осмотрительно. Подростком начал посещать вечерние занятия Рисовальной школы при Обществе поощрения художников. Одновременно пошел в помощники к реставратору Академии художеств П. К. Соколову.

Дарование юноши было сразу же замечено. Преподаватель И. Н. Крамской пригласил его в Артель художников (предшественницу Товарищества передвижных художественных выставок). Молодой юноша восхищал новых друзей остроумием и искрометностью в импровизации рисунка. В Артели к Федору относились как к равному.

И. Е. Репин вспоминал:

«К нему всех тянуло, и сам он зорко и быстро схватывал все явления кругом».

Друзей удивляла его манера держать себя. По происхождению разночинец (мать Ольга Емельяновна Полынцева – мещанка, отец Александр Васильевич Васильев – мелкий чиновник), он преподносил себя, по меньшей мере, графом. Трудно представить, как удавалось молодому человеку вводить в заблуждение своим светским лоском и непринужденностью в обращении тех, кто знал его недостаточно близко. Незаконному сыну (родители жили в невенчанном браке) приходилось тяжело переживать свое «двойственное» положение.

Впоследствии, когда в семье уже было четверо детей, А. В. Васильев обвенчался с О. Е. Полынцевой, но старшие Федор и Евгения остались незаконнорожденными (отец их не признал родными,  и не вписал в свои документы). В 1870 году художник получил паспорт, выданный Петербургской Мещанской управой, где его записывают с отчеством «Викторович». Предполагают, что отцом Федора Васильева вероятно являлся граф Павел Сергеевич Строганов (художника связывали с графом довольно теплые отношения).

В семнадцать лет Васильев оставляет Рисовальную школу и отправляется с И. И. Шишкиным (познакомились они годом ранее) на Валаам. Здесь молодой художник проводит плодотворно счастливые полгода. Работы, написанные на Ладожском озере, по возвращению в Петербург, были представлены на выставке ОПХ. Первая выставка принесла Васильеву славу в художественных кругах.

Художник был городским жителем. Летом 1868 года он отправился в Константиновку близ Красного села под Петербургом. Знакомство с деревенской жизнью подарило ему новые замыслы. Впечатления этого года отразились в картинах «После грозы», «Деревенская улица», «Возвращение стала».

В 1869 году за картину «Возвращение стада» он награжден первой премией на конкурсе ОПХ. Это был вполне сложившийся живописец, картины которого вызывали неподдельное восхищение. Он был исключением из правил. Считается большой редкостью в искусстве, когда юный талант становится сразу понятен публике. «Гениального мальчика» с честью принимали в аристократических кругах и среди петербургской богемы.

Граф Строганов, покровительствующий художнику, приглашает его жить в свои обширные имения на Тамбовщину и Хотень. Эти поездки сблизили Васильева с деревней и среднерусской природой. Художник описал свое отношение к деревне в письме приятелю:

«Я всем наслаждался, всему сочувствовал и удивлялся – все было ново… Из-за угла рощи вдруг выплыла деревня и приковала все внимание: крошечные, крытые соломой домики, точно караван, устанавливались в беспорядочный и живописный порядок. По улице стояли журавли (колодцы) с натоптанною около них грязью и колодою, у которой валялись свиньи, мылись дети, и расхаживала всякая домашняя тварь».

В этих наблюдениях, как и в деревенских картинах отсутствует критическая нота. Впечатления пейзажиста полны восторженности и непосредственности.

В 1870 году Васильев вместе с И. Е. Репиным и Е. К. Макаровым отправляется на Волгу.

С 1871 года художник поступает в качестве вольноприходящего ученика в Петербургскую Академию художеств. На конкурсе Общества поощрения художников он получает первую премию за картину «Оттепель».

Работы Васильева раскупаются нарасхват. Веселый по натуре, художник бесшабашно распоряжается свалившимися внезапно большими деньгами: тратит их на умопомрачительные шляпы и костюмы себе, игрушки для братьев, подарки для матери…

Богемная жизнь все больше привлекает художника. Однако он находит время и для увеселений, и для работы. Не имея крепкого здоровья (в детские годы его семья жила в сырой квартире на Васильевском острове), Федор Александрович едва выносит бешенный ритм и с легкомыслием относится к продолжительному «сухому кашлю».

Однажды зимой в 1871 году, разгорячившись от катания на коньках, он по-мальчишески съедает несколько пригоршней снега, которые в дальнейшем сократили его жизнь на десятки лет. Сразу после зимней прогулки живописец почувствовал недомогание. Чуть позже легкая простуда переросла в серьезную болезнь. Весной врачи обнаружили у него чахотку и порекомендовали лечиться на юге. Вероятно, молодой человек пренебрег советами врачей и вместо Ялты он поехал в имение графа Строганова под Сумами, Хотень. Это было в конце мая.

В июле Хотень оказалась «недостаточным югом» и художнику пришлось ехать в Крым, последнее вынужденное его пристанище. Деньги стремительно кончались. Силы истощались. Врачи запретили прогулки и перемещения из комнаты в комнату. И вот уже они советуют ему сократить работу до часа в день. В 1872 году Академией художеств Васильеву присваивается звание художника I степени с обязательством выдержать экзамен по научному курсу. В Крыму художника навещают И. Н. Крамской и П. М. Третьяков.

Состояние ухудшалось: ему было запрещено разговаривать, чтобы не утруждать горло (в последние месяцы он пользовался «разговорными тетрадями»). Болезнь одолевала, а художник надеялся на отсрочку конца, хотя жизнь уже представлялась ему конченной. Мать ничего ему не говорила, ни того, что сообщали ей врачи, ни того, о чем она догадывалась сама. По ее тихим, печальным шагам и по постаревшему лицу, Васильев все понимал.

Он тосковал по России, вспоминал о поездке с друзьями на Волгу. Вот строчки из письма И. Н. Крамскому:

«Тоскую по России и не верю Крыму».

Последние дни скрашивала работа, письма и приезды друзей. Мечтал художник когда-нибудь снова увидеть Россию, но его жизнь неумолимо угасла на руках матери. Федор Александрович Васильев умер в 1873 году на заре своей славы.

Крамской писал:

«Он умер на пороге новой фазы развития своего таланта, очень оригинальной и самобытной. Я думаю, что ему суждено было внести в русский пейзаж то, что последнему не доставало и не достает: поэзию при натуральности исполнения».

Посмертная выставка Васильева, организованная Крамским, не состоялась. Картины мастера были раскуплена до ее открытия.

«Оттепель» (1871)

Федор Васильев Оттепель

Бескрайние русские просторы. На переднем плане проснувшаяся от весеннего тепла река. Вся ее рыхлая поверхность расчерчена глубокими следами от полозьев саней, затопленных темной талой водой. Изгибаясь река уводит зрителя в глубь картины, увеличивая ее пространство. За рекой стоят могучие сосны-великаны, за ними дружные ряды деревьев расходятся вширь, образуя границу между бесконечной седой равниной и огромным небом с густыми, низко повисшими от влаги облаками.

У самого берега реки примостилась избушка со слепым окошком. На крыше еще лежит снег. Из трубы криво стелется уходящий в небо белый дым. Лестница, приставленная к крыше, покосилась. Даже ей стало скользко. На другой берег только что прилетели грачи-разведчики. Они купаются и проворно бродят в поисках корма. Вот-вот сядет на землю показавшаяся вдали большая стая грачей. Предвестников весны вышли встречать старик и девочка. Стоящие посреди реки, они придают пейзажу некое уныние. Летящий навстречу зрителю грач с расправленными крыльями, подтаявшая река как бы оживляют картину, подтверждая приближение долгожданной весны.

Картина «Оттепель» имела огромный успех в художественных кругах.  Спустя два месяца после получения премии на конкурсе ОПХ Васильев выполняет ее копию по просьбе великого князя Александра Алекcандровича (Александра III). В 1872 году «Оттепель» доставляется Академией художеств на Всемирную выставку в Лондон. В одной из британских газет писали:

«Мы желали бы, чтобы г. Васильев приехал к нам в Лондон и написал бы наши лондонские улицы во время быстрой оттепели… Не он ли настоящий артист для этой задачи!»

В пейзаже Васильева даже неискушенный в пейзажной живописи зритель заметит глубокие знания природы и русской действительности, присущие А. К. Саврасову. «Оттепель» по художественному стилю напоминает самое знаменитое полотно Саврасова «Грачи прилетели».   C васильевским пейзажем экспонировалась картина А. К. Саврасова «Печерский монастырь под Нижнем Новгородом», которая получила тогда вторую премию.

«Заброшенная мельница» (1872)

Заброшенная мельницаПеред нами старый мельничный пруд в окружении диких зарослей кустов и деревьев. Заброшенный вид придает вся окружающая пруд обстановка.

Под высокими кривыми деревьями стоит потемневшая от времени деревянная мельница. Ее крепкая крыша еще не обветшала. Сюда долгие годы не ступала нога человека. На болотной глади отражаются розовые облака. Стоящие в воде цапли чувствуют себя здесь настоящими хозяевами.

Черная лодка, затененная камышами, напоминает зрителю о малороссийских преданиях, согласно которым в мельничных прудах топились от несчастной любви девушки, превращаясь впоследствии в русалок.

Эскизы к картине создавались до отъезда в Крым в имении графа Строганова, Хотени. Сама картина была написана в Крыму во время болезни художника. Ф. А. Васильев тяжело переносил разлуку с русской природой. Он скучал по общению с петербургскими друзьями. Ему не хватало редких встреч с коллегами, поэтому в своей переписке с ними он делится планами на будущее, рассказывает о своих картинах.

В письмах Васильева, представляющих особую ценность, даны авторские сведения о работах крымского периода. «Заброшенная мельница» относится к ряду крымских полотен, но ни в одном из писем о ней не упоминается. Видимо эта работа была очень важна для мастера. Так получилось, что на посмертной выставке, до открытия которой все картины были раскуплены, на эту картину не обратили особого внимания. Спустя время «Заброшенная мельница» была признана одной из лучших работ художника.

«Болото в лесу» (1872)

Болото в лесу

Об истории картины мало что известно. Художник ничего о ней не сообщал в своем эпистолярном разговоре с друзьями. Написана она в том же году, что и «Заброшенная мельница». Крымская природа, стиснутая горами, вдохновляла художника меньше, чем подробности русского пейзажа.

Автор картины представил любимый болотистый и березовый край, оставленный им навсегда. На переднем плане изображено огромное открытое небу болото, где живут белые цапли. Пламенеющую осеннюю листву выгодно подчеркивает затянутое свинцовыми тучами небо.

В картине «Болото в лесу» Васильев выразил свою любовь к русской природе, к обширным полям, к влажным лесам, к чистым краскам среднерусской осени.

В письме Крамскому Васильев писал:

«О, болото, болото! Как болезненно сжимается сердце от тяжкого предчувствия! Ну, ежели не удастся мне опять дышать этим привольем, этой живительной силой просыпающегося над дымящейся водой утра? Ведь у меня возьмут все, все, если возьмут это. Ведь я, как художник, потеряю больше половины».

«В Крымских горах» (1873)

В Крымских горахПейзаж «В Крымских горах» — одна из последних работ творческого наследия художника. Здесь представлен новый, особый художественный взгляд Васильева на природу Крыма.

На переднем плане картины пыльная изъезженная дорога, по которой медленно тащится в гору повозка, запряженная волами. Уставшие животные идут через силу. Их хозяин идет позади повозки, подталкивая ее на трудных участках пути. По краям дороги торчат сухие сосновые ветки.

Центральное место в пейзаже занимают высокие сосны. Однако их облик больше напоминает северную природу России, по которой тосковал автор.

На заднем плане расположены огромные скалистые горы с низко опустившимися облаками, что придает величественность и таинственность.

Неслучайно Крамской назвал эту картину «симфонией величия природы».

 

«Мокрый луг» (1872)

Мокрый луг

Картина «Мокрый луг» написана в Крыму. Толчком к ее созданию стала сильная тоска художника по родине, одиночество и ощущение «неуютности» среди неродной южной природы. В основе работы лежат наброски, сделанные на Украине и воспоминания автора о среднерусских и северорусских местах.

Тихая вода в виде заводи, болота, ручья является сквозным мотивом творчества Васильева.

В картине «Мокрый луг» художник сосредоточил свое внимание на обычный луг, залитый водой после летнего дождя. Две трети полотна занимает небо с бегущими по нему синими и белыми облаками. Слева растянулся глинистый косогор. Справа изображены раскидистые деревья, которые как бы разделяют пейзаж на две части: природа после грозы и природа во время  грозы. Так искусно показана перемена погоды.

На переднем плане показана болотистая заводь, окруженная травой, мокрой и искрящейся от осевших на нее капелек дождя. Погода начинает проясняться. Ветер стихает. Вот уже показалось солнце. Вода и воздух вдали как бы пронизаны его светом.

За деревьями раздаются раскаты грома. Затуманенная даль подсказывает нам о только что начавшемся там ливне.

Крамской писал о картине с восторгом:

«Я не знаю ни одного произведения русской школы, где бы так обворожительно это было сработано. И потом счастливый какой-то фантастический свет, совершенно особенный, и в то же время такой натуральный, что я не могу оторвать глаз».

Этот шедевр считается образцом русского реалистического пейзажа II половины XIX века. В нем чувствуется эмоциональная взволнованность и романтическая обобщенность автора, что нисколько не мешает реалистической передачи пейзажа.

Нельзя не отметить в полотне «невзрачность» сюжета, композиционную строгость, сдержанный колорит. Цветовое решение сводится к отношению зеленого и синего цветов. При этом мастерски передано тональное разнообразие. Васильев необыкновенно глубоко чувствовал тон. Он писал:

«Я до болезненности ощущаю вот эти тончайшие переходы одного тона в другой…».

В 1860-1870-е годы в русской живописи утвердился реализм. Васильев, Саврасов, Шишкин, Левитан, Куинджи ушли от высоких сюжетов к изображению простой невыразительной русской природы. Изобразив на своем полотне обычную реку, простое болото или дерево, они создавали символы русской природы, наполненные глубоким смыслом, отвечающим представлениям художников о жизни страны, ее природном богатстве.

Творческий путь художника

Ф. А. Васильев привлек к себе внимание как художник в годы обучения в Рисовальной школе. О юном таланте Крамской писал:

«В рисовании и живописи с натуры он чрезвычайно быстро ориентировался: он почти сразу угадывал, как надо подойти к предмету, что не существенно, и с чего следует начать. Учился он так, что казалось, будто живет он в другой раз и что ему остается что-то давно забытое только припоминать. Работал он страстно; апатичность и рассеянность не врывались к нему в то время, когда в руках был карандаш, или, вернее, — механически, без участия сердца, он работать не мог».

Иван Николаевич Крамской был первым учителем Васильева. Вторым учителем, как утверждают современники, стал Иван Иванович Шишкин. Познакомились они в 1866 году и почти два года работали бок о бок на пленэре. Шишкин следовал традиции дюссельдорфской школы, Васильев же старался никому впрямую не подражать. Однако старший товарищ все же оказал значительное влияние на юного художника.

Благодаря спокойному и дотошному натурализму Шишкина некоторая «вспыльчивость» манеры раннего Васильева сменилась на сдержанную и вдумчивую поэтичность. Шишкин зародил в юном друге любовь к тщательному наблюдению природы и потребность в анализе.

По свидетельству Крамского, первые успехи Федора Васильева связаны с рисунком. В рисунке он показал себя талантливым мастером. Его многочисленные рисунки составляют ценность в художественном наследии России. Свои карандашные работы, обведенные рамками, он готовил, как наброски для будущих картин. В живописи он оставался больше рисовальщиком, работая небольшими кистями (по его мнению, маленькими колонковыми кистями «хорошо лепить и рисовать формочки»). Большие кисти художник не признавал. В его отношение к инструментарию живописца было немало от подхода рисовальщика.

Васильев проявил себя как живописец после Валаама, где проработал с И. И. Шишкиным несколько месяцев. Привезенные с Валаама этюды говорили о зрелости и сложившемся собственном мировоззрении юного живописца. Благодаря успешным валаамским наброскам Васильев на равных вошел в Артель художников. В Артели он познакомился с И. Е. Репиным, тогда студентом Академии художеств. Спустя время оба друга совершат совместное путешествие на Волгу. Идея поехать на Волгу принадлежала Васильеву, которому было известно о том, что Репин собирает материал по «бурлацкой теме».

В книге «Далекое близкое» Репин вспоминал:

«В продолжение десяти минут, если пароход стоял, его тонко заостренный карандаш с быстротой машинной швейной иглы черкал по маленькому листку его карманного альбомчика и обрисовывал верно и впечатлительно целую картину крутого берега с покривившимися над кручей домиками, заборчиками, чахлыми деревцами и остроконечными колокольнями вдали… Все ловит магический карандаш Васильева: и фигурку на ходу и лошадку на бегу, до самой команды парохода: «Отдай чалку!» Пароход трогался, маг захлопывал альбомчик, который привычно нырял в его боковой карман…»

Волжские просторы произвели на Васильева неизгладимое впечатление.

Крамской писал:

«Успехи его в это время были громадны. Он привез много рисунков, этюдов, начатых картин и еще больше планов. Хотя ни о чем нельзя было сказать, что вот то-то, например, вполне оригинально, сама манера работы была уже оригинальна».

Репин дал восторженную оценку васильевскому творчеству тех лет:

«Мы взапуски рабски подражали Васильеву и верили ему».

Лето 1870 года было безмятежно-счастливым. В июле 1871 года неизлечимо больной художник уезжает в Крым. Первое время он надеялся вернуться на родину, но с каждым месяцем надежда ослабевала. В августе 1871 года Крамской нашел Васильева осунувшимся, но переполненным новых планов. Крымский период стал наиболее значительным в творчестве художника. Васильев много работал, так как иначе жить он просто не мог. В Ялте он трудился над заказными работами, так как деньги уходили на лечение и проживание. Со временем ему открылась красота Крыма: высокий небосвод, ущелья, стесненные горными кручами, крымская дымка с тонущей линией схода неба и моря…

В это время он пишет:

«У меня до безобразия развивается чувство каждого отдельного тона, чего я страшно иногда пугаюсь. Это и понятно: где я ясно вижу тон, другие ничего могут не увидеть или увидят серое и черное место. То же бывает и в музыке: иногда музыкант до такой степени имеет развитое ухо, что его мотивы кажутся другим однообразными… Картина, верная с природой, не должна ослеплять каким-нибудь местом, не должна резкими чертами разделяться на цветные лоскутки…»

В другом письме Васильев рассказывает о крымской весне:

«Если написать картину, состоящую из одного этого голубого воздуха и гор, без единого облачка, и передать это так, как оно в природе, то, я уверен, преступный замысел человека, смотрящего на эту картину, полную благодати и бесконечного торжества, и чистоты природы, будет обнажен и покажется во всей своей безобразной наготе».

Васильев чувствовал себя посредником между природой и собой. Он не стремился к фотографически точному воспроизведению природы, создавая картины-воспоминания, картины-мечты в крымский период, и, тем не менее, ему были видны все оттенки состояний природы.

Васильева увлекали пограничные состояния природы. Во многих его работах («Берег Волги после грозы», «После проливного дождя», «Вечер перед грозой», «Перед дождем», «После дождя») зафиксированы мгновенные состояния пейзажа. Изображая дождь, ливень, грозу, он стремился представить эффекты, производимые ими на начальном этапе и в конце.


Жизнь гениального художника Ф. А. Васильева оборвала преждевременная смерть. По прошествии почти полутора веков со дня смерти, картины Васильева по-прежнему волнуют зрителя. По словам Николая Ге, Васильев открыл русской пейзажной живописи живое небо, а вся его «Моцартианская» судьба показала каждому, что жизненный счет ведется вовсе не на прожитые годы, а на то, насколько готов человек видеть, удивляться, радоваться, любить и творить.

Потрясающие картины Васильева оказывают мощное воздействие на детей и взрослых, вызывая восхищение. Они понятны ребенку дошкольного и младшего школьного возраста. О судьбе и творчестве Васильева нужно обязательно рассказывать детям. За свою короткую жизнь он оставил огромное творческое наследие.

Это был гениальный художник, которому удалось «обмануть» время.

Уважаемый читатель! Признаюсь, что писать о судьбе Васильева без слез и без восторга нельзя. Какие картины Васильева вам нравятся? Что привлекает вас в творчестве художника?

Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (голосов: 1 в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

loading...